Трубопроводная революция

В декабре прошлого года произошло событие, имеющее эпохальное значение. С вводом в действие газопровода Туркменистан–Узбекистан–Казахстан–Китай (ТУКК) проходящего по территории Туркмении, Узбекистана, Казахстана (всего 1800 км) и Китая (5 км), завершилась целая эпоха в развитии газового сектора на всем постсоветском пространстве, ориентировавшемся до этого момента на европейские рынки. Последствия этого события окажут существенное влияние на условиях конкуренции в данной сфере.

Не предлагая альтернативной модели развития, Китай своим темпом и своим путем движется к рыночному демократическому обществу. Китай пытается усилить свои глобальные позиции и повысить свой стратегический вес на основе экономических успехов, стремясь быть равным или почти равным США в создании нового миропорядка. По ВВП в ближайшие 15-20 лет Китай догонит или даже обгонит США, однако именно США останутся технологическим, военным и финансовым лидером мира, а также лидером в плане предложения новой модели устройства мира.

Мы часто из России смотрим на Китай, как на огромную черную дыру, потребляющую наши природные ресурсы, но многие европейские интеллектуалы видят в Китае потенциальный инструмент более эффективного достижения целей глобального развития тысячелетия за счет того, что Китай снабжает, в том числе страны так называемого миллиарда, наиболее дешевыми средствами технологического обеспечения энергией. Каждая четвертая солнечная панель, почти все энергоэффективные лампочки производится в Китае, не только для России, но и для Евросоюза и.т.д.

Китай уже является или в самое ближайшее время станет крупнейшим мировым потребителем энергоресурсов. Энергетическое возвышение Китая открывает перед экспортерами энергетического сырья, в первую очередь углеводородов, широкие возможности. Наиболее надежные прогнозы показывают, что структура спроса на первичные энергоносители в ближайшие 20 лет в Китае претерпит изменения, но углеводороды останутся основой его топливно-энергетического баланса. Лидировать по-прежнему будет уголь, но потребление нефти и газа будет расти опережающими темпами, и их доля в структуре спроса на энергоресурсы тоже увеличится.

Перед Китаем стоит задача обеспечения нефтью и газом национальной экономики, которая решается, во-первых, эффективным освоением собственных довольно значительных запасов углеводородов. По газу доказанные запасы составляют около 4 триллионов кубометров включая нетрадиционные источники, существует возможность добычи метана из угольных пластов, которая основывается на гигантских запасах угля. В Китае развита и транспортная инфраструктура, как по нефти, так и по газу. Кроме того, существенную роль в последние годы играет освоения континентального шельфа при участии иностранных компаний, для которых создаются благоприятные условия. Китай ведет достаточно агрессивную политику проникновения туда, где есть любые ресурсы углеводородов: прежде всего, это Центральная Азия, где в Казахстане, например, существенная доля добывающих предприятий уже принадлежит китайским компаниям. По мере того, как китайские инвесторы приобретают какую-то компанию, тут же закрывается статистическая информация по этой компании, то есть китайцы ведут политику жесткого информационного ограничения. Это резко отличает их от производителей Европы и США, которые стараются показать свои запасы и производственные мощности, для того, чтобы поднять капитализацию своих компаний.